«Иван, убирайся домой!» — июньское восстание в ГДР
Восстание в ГДР 17 июня 1953 года стало первым протестом против коммунистической диктатуры в соцблоке. За ним последовали венгерское восстание в 1956 и «Пражская весна» 1968 года, разделившие во многом судьбу восточногерманского протеста. После окончания Второй Мировой советскую зону оккупации Германии ожидала радикальная перестройка по советскому образцу. Прежде всего, здесь была проведена массовая национализация, в ходе которой на смену частному сектору пришли «народные предприятия». В ходе Второй Партконференции СЕПГ, проходившей 9-12 июля 1952 года, её генеральный секретарь Вальтер Ульбрихт провозгласил курс на «ускоренное построение основ социализма», которое должно было осуществляться по репрессивному сталинскому образцу. Происходило насильственное раскулачивание крупных крестьянских хозяйств и создание «Сельскохозяйственных производственных кооперативов» – аналогов советских колхозов. Принимались меры против мелких собственников и частной торговли.
Введённый по советской модели первый пятилетний план экономического развития (1951-55) предусматривал ускоренное развитие тяжёлой промышленности, что не могло не отразиться на работе других отраслей и на производстве товаров широкого потребления. В результате многие товары повседневного спроса и продовольствия оказались в Восточной Германии в дефиците: теперь их можно было получить лишь по карточкам. В апреле 1953 года к тому же существенно выросли цены на общественный транспорт, одежду и многие продукты. В такой ситуации люди всё чаще «голосовали ногами»: происходило массовое бегство жителей ГДР на территорию Западной Германии (так, с июня 1952 по май 1953 из страны уехало около 312 000 человек – вдвое больше, в 1952; только в марте 1953 года ГДР покинуло 50 000 жителей). Прежде всего, на запад бежали высококвалифицированные кадры, и эта «утечка мозгов» создавала новые экономические сложности.
В условиях плановой экономики партийное руководство серьёзно озаботилось проблемой повышения производительности труда. 14 мая 1953 года на пленуме ЦК СЕПГ было принято решение «о повышении норм выработки для рабочих в целях борьбы с экономическими трудностями». Это решение означало повышении норм производства на 10 % (а в некоторых областях – до 30 %) без соответствующего повышения оплаты труда. Это лицемерие партийных боссов стало последней каплей, окончательно развеявшей тайные надежды многих жителей Восточной Германии на возможность облегчения жизни после смерти Сталина.
16 июня 1953 года рабочие обнаружили в профсоюзной газете «Трибуна» статью в защиту курса на повышение норм выработки. Комментарий, содержавшийся в газете, призванной защищать права рабочих, о том, что «решения о повышении норм являются полностью правильными», строители восприняли как ответ на своё письмо, переданное накануне властям. В тот же день забастовку объявили рабочие элитной стройки на Сталиналлее в Восточном Берлине. Прекратив работу, они направились в центр города, приглашая по пути строителей с других строительных участков: «Коллеги, присоединяйтесь! Мы хотим быть свободными людьми!» Демонстрация, численность которой в результате достигла 10000 человек, направилась к «Дому министерств» на Ляйпцигерштрассе. Здесь начался стихийный митинг, в ходе которого рабочие, требовавшие главным образом отмены решения о повышении норм выработки, быстро перешли к политическим требованиям – отставки правительства, свободных выборов, освобождения политических заключённых, объединения Германии, и проч.
Комментарий №427901 R0 ответить 21 Февраля, 2024 16:54 ОП 'О происходящем 16-го и о планах на 17-е число регулярно сообщала западно-берлинская радиостанция «Радио в американском секторе» (RIAS). Передачи RIAS, пользовавшиеся в ГДР большой популярностью (по американским данным, их регулярно слушали 70 % восточных германцев), смогли сыграть важную роль катализатора протеста. Благодаря им известие о событиях в Берлине и планах на 17 июня распространилось по всей Восточной Германии. В радиоэфире были также озвучены основные требования рабочих: восстановление прежних норм выработки и оплаты труда; немедленное снижение цен на основные продукты; свободные и тайные выборы; амнистия забастовщиков и ораторов. Вечером 16 июня о всеобщей забастовке в ГДР также сообщила западно-берлинская газета Der Abend.
Утром следующего дня – 17 июня – берлинские рабочие стали собираться на предприятиях, строиться в колонны и направляться в центр города с лозунгами: «Долой правительство!», «Долой Народную Полицию!» «Мы не хотим быть рабами, мы хотим быть свободными людьми!», «За свободные выборы!», «Русские, убирайтесь вон!»
К полудню численность манифестантов в городе достигла более 150 000 человек. Протестные акции быстро распространились по всей Восточной Германии. В индустриальных центрах – от Биттерфельда до Халле – стихийно возникали забастовочные комитеты и советы рабочих, бравшие в свои руки власть на местных предприятиях. В некоторых населённых пунктах протестующие даже пытались освободить из тюрем заключённых.
Участники демонстраций повсеместно уничтожали символы коммунистической власти, рвали портреты Сталина. В Берлине были разрушены знаки и сооружения на границах советского и западного секторов, а с бранденбургских ворот был сорван красный флаг.